i=314
1771 - 1772 - 1773 - 1774 - 1775 - 1776 - 1777 - 1778 - 1779 - 1780 - 1781 - 1782 - 1783 - 1784 - 1785 - 1786 - 1787 - 1788 - 1789 - 1790 - 1791 - 1792 - 1793 - 1794 - 1795 - 1796 - 1797 - 1798 - 1799 - 1800 - 1801 - 1802 - 1803 - 1804 - 1805 - 1806 - 1807 - 1808 - 1809 - 1810 - 1811 - 1812 - 1813 - 1814 - 1815 - 1816 - 1817 - 1818 - 1819 - 1820 - 1821 - 1822 - 1823 - 1824 - 1825 - 1826 - 1827 - 1828 - 1829 - 1830 - 1831 - 1832 - 1833 - 1834 - 1835 - 1836 - 1837 - 1838 - 1839 - 1840 - 1841 - 1842 - 1843 - 1844 - 1845 - 1846 - 1847 - 1848 - 1849 - 1850 - 1851 - 1852 - 1853 - 1854 - 1855 - 1856 - 1857 - 1858 - 1859 - 1860 - 1861 - 1862 - 1863 - 1864 - 1865 - 1866 - 1867 - 1868 - 1869 - 1870 - 1871 - 1872 - 1873 - 1874 - 1875 - 1876 - 1877 - 1878 - 1879 - 1880 - 1881 - 1882 - 1883 - 1884 - 1885 - 1886 - 1887 - 1888 - 1889 - 1890 - 1891 - 1892 - 1893 - 1894 - 1895 - 1896 - 1897 - 1898 - 1899 - 1900 - 1901 - 1902 - 1903 - 1904 - 1905 - 1906 - 1907 - 1908 - 1909 - 1910 - 1911 - 1912 - 1913 - 1914 - 1915 - 1916 - 1917 - 1918 - 1919 - 1920
Впервые мелодраматическая повесть Элизы Ожешко "Хам" была поставлена на сцене Национального академического театра им. Я.Купалы еще в 1921 году. Много пресной воды утекло с тех пор. Но, кажется, вопрос гармонического построения любви и брака в жестком каркасе непреодолимых классовых, а главное, мировоззренческих противоречий, по-прежнему актуален. По крайней мере, для авторов спектакля. Оценим же продукт готовый, нынешний, выставленный в витрине нашего главного театрального супермаркета на всеобщее обозрение.


У режиссера спектакля Александра Гарцуева, которого, взяв на себя смелость, назову режиссером неровным, но амбициозным, получилось не целостное действие, жанрово обозначенное в программке как "неманский миф", а, скорее, иллюстрации к роману. Мифом здесь и не пахнет. Очевидно, Александр Федорович небольшой специалист по классике. Лучше всего, на мой взгляд, у него выходят постановки по современным пьесам "Кровавая Мэри", "Брат мой, Симон". Были и довольно простенькие зрительские спектакли, например "Странная миссис Севидж", поставленная в духе советского детектива для дневного показа. С классикой же Гарцуев на этот раз поступил как опытный голливудский продюсер, отдавая дань внешним, отвлекающим эффектам, но не содержанию. Если не касаться игры актеров, в нынешнем "Хаме" все безупречно, особенно настраивающая на торжественный лад сценография художника Игоря Анисенко. Воздвигнутый им корабль, которым с таким достоинством управляет в прологе герой Игоря Денисова, и возвышающаяся мачта дают зрителю довольно мощный эмоциональный импульс. Зритель расслабился, и его уже можно брать, как говорится, "без целлофана". Но постепенно эмоции затихают, мачта превращается в крест, который отдельные люди давно поставили на белорусском театре.


Безусловно, для школьников, изучающих роман Элизы Ожешко, для туристов, военнослужащих и самых благодарных зрителей - командированных, спектакль окажется небесполезным. Музыка, как всегда у Гарцуева, здесь звучит громко. Но мы же с вами взрослые люди, за плечами у нас своя театральная история с ее слабыми и сильными сторонами, свои взлеты... И для зрелого человека неприятно само чувство, когда его считают за того самого "пипла", который "схавает". Не схавает. Надоело.


Поступки героев в спектакле настолько психологически немотивированны и не проживаемы актерами, что остается ощущение чего-то невероятно плоского и поверхностного. Главная героиня спектакля Франка в исполнении дочери режиссера Валентины Гарцуевой (это не единственный пример успешного тандема отца и дочери в театральной истории - взять хотя бы Сашу и Марка Захаровых) похожа на испорченного ребенка: что видит - до того пытается дотянуться. Полюбила одного, вышла замуж, полюбила другого. При этом Франка демонстрирует воинственный настрой амазонки. Не совсем понятно, откуда в героине такая горячность и страстность, если воспитывалась она все-таки в панских домах, как сама утверждает. Девушка выбрасывает такие коленца, что даже сами сельчане диву даются. Конечно, поступки Франки заложены автором повести, но вот режиссерского ключа к ним постановщик не подобрал. Получилось крикливо и негигиенично. Все герои словно бы бегут по волнам Немана, но куда и зачем - сами не понимают.


Что же до других актеров - каждый из них по мере сил и симпатий к режиссеру вколачивает свой гвоздь в крышку гроба спектакля. Кто-то надувает щеки и качает головой, как в плохой опере, кто-то попросту забывает текст, и здесь мы позволим себе "затемнение". Эффект, распространенный в кино. Оставив это не только на совести самого режиссера, взявшегося за работу, мотивируя, безусловно, самыми разными причинами, о чем он убедительно расскажет в очередном интервью, но и на совести самого театра. Как всегда, точна и убедительна Тамара Миронова, но ее не хватает на все полотно спектакля. С чувством собственного достоинства играет "жабрачку" "с судьбой" Галина Толкачева. Но все это рассыпанные второпях жемчужины на прохладном неманском песке, который в жару, может, и согревает пятки, но никак не душу.



Комментарии: (0)   Рейтинг: